Курс мыслителей семьдесят первый
под шумок свои тратил резервы,
а как шум поутих —
восстанавливал их,
уплетая из банок презервы.
“Надпись багрово‑красная к подножию от вершины спиралью шла по поверхности конуса разноцветного. Из щебня та композиция отметила место центральное, а камни природные крупные лежали травы‑кустов среди.
К самшита и туи зарослям по лестнице полукружной из мрамора белого с бурыми вкрапленьями балюстрада плавно спускалась с террасы, которую окаймляла. С высокой террасы каменной, обвитой плющом неистово и цветником отделяемой от дома крыла не правого, а однозначно левого, мраморный Пан коричневый на нимфу взирал обнажённую.
Что же это за огромный чёрный кофр был перед Квиксеном? (Такой, что в нём даже целого слона не заметишь, заглянув.)
Однажды наш квикнемский проводник по шкатулкам с секретами и всевозможными леденящими душу тайнами шёл поздно вечером по довольно зловещему переулку и увидел над стильно обитой старым железом широкой дверью вывеску с кровавой неоновой надписью «Пропасть». Понятно, что пройти мимо он никак не мог. И не прошёл. А там...
Это всё цветочки, не ягодка. Ягодка пришла, когда ежедневник «Потокио» с материалом, рассказывающим о руританских мордоворотах, попал в руки предводителю туристического клуба «Облико Морале», посетившему гостеприимный Квикнем с гражданской женой и двумя любовницами. Оказалось, что туристо до сих пор ничего не слышал о Руритании и потому немедленно заподозрил журналистов в намёках на его державу и даже на крутейших в мире байкеров. /Здесь /
Явившись в красных пантолетах, синих шортах и белой футболке прямо в редакцию ежедневника, он предъявил свой партийный билет, заявил, что является помощником депутата, и потребовал разъяснений. Слегка обалдевшие журналисты поведали ему, что Руритания известна с конца XIX века, была выведена Энтони Хоупом в романе «Узник Зенды», а им всем даже в голову не пришло бы касаться такущей державы и крутейших в мире байкеров, поскольку работникам «Потокио», как и его читателям, интересны совсем другие вещи. Предводитель «Облико Морале», удовлетворённый ответом и четырьмя фирменными комплиментами с автографами первых лиц издания, важно прошествовал на выход... /Здесь /
