Год издания — сорок восьмой.
На страницу с Прутковым Козьмой
иностранный агент
положил экскремент,
выдав связь с иностранной казной.
Отрывок из рассказа В. Тюнникова «Эти безумные, безумные весенние игры...»:
Весь день провела как в тумане. Люди вокруг, ребятишки, а на меня давит, давит что‑то. Как под гипнозом, подошла к ЭТОМУ... «В космос». Заглянула в окошко — Господи, та же картинка, только миниатюрная. А я до этого момента и не приближалась к НЕМУ никогда...
Добавим, что облизывание розовой кожи грушевых ендрасиоморхов до Инакиева доведёт. После глубокой интерпретации в ложе под балдахином из алого бархата.
Как бы оно ни выглядело, но всё‑таки идея, просвечивающая сквозь фильмец «Близость» Майка Николса, — это штука, которая посильней «Фау» с «Пенемюнде» будет. Идея, что нет разницы между людьми высокообразованными и уличной швалью, а любой человек — это низменная тварь, думающая только об одном (при нормальном питании).
Идея это мощная, но неправдивая. Всё‑таки помимо людей‑скотов существуют и люди‑люди. Которых у нас как раз и ждут ендрасиоморхи. /Здесь /
Распущенных дур можно нейтрально наименовать, к примеру, кисситяйками, составляющими особое нетайное общество со своими нетайными символами. Может ли у этого общества быть свой гимн? Конечно. Должен ли он вызывать эмоции у лиц, не являющихся членами? Скорее нет. Тогда в чём проблема?
Тогда ни в чём. Ибо что нам потусторонний керосин? /Здесь /
Должно ли быть в нетайном обществе кисситяек и кисситяев какое‑то наставничество? Разумеется. Дано ли патентованному кисситяйству когда‑либо включиться в поиск ендрасиоморхов в нашем мире? Перевод: может ли истинный кисситяй быть убеждённым антикисситяем?
